В течение этих зимних лекций нас много занимал с различнейших сторон вопрос о Сущности Христа, и мы старались всячески выяснить, что мы называем Импульсом Христа в развитии человечества, являющимся Самым Великим Событием во всем развитии Земли. Поэтому понятно, что эта Тема вообще неисчерпаема и что потребовалась бы Вечность для всестороннего освещения Импульса Христа, но, с другой стороны, ясно и то, что после всех наших предпосылок - что, в сущности, всё, что может интересовать человека, примыкает к обсуждению Явления Христа. Мы уже видели, что сами Евангелия стремятся подойти к Сущности Христа с четырёх различных сторон, и мы делали различные указания на Тайны различных Евангелий. Только до известной степени могли мы осветить Евангелие от Матфея. Придётся в позднейших лекциях снова вернуться к связному рассмотрению Тайн Евангелия от Матфея, чтобы затем подняться к Глубинам Евангелия от Марка. Если бы мы теперь, в конце зимы в нашей группе, хотя бы отрывочными намеками указали на то, что нам ещё предстоит, это слишком нарушило бы на ближайшее время цельность лекций. Поэтому сегодня и в следующий раз я затрону вопросы, которые, в некотором смысле, с другой стороны подходят к Задаче Христа. А именно, сегодня будет затронут вопрос о соотношении между человеческой совестью и тем, что Импульс Христа принес в развитее человечества. Этим будет достигнуто и другое. В следующий четверг будет открытая лекция «О человеческой совести», и сегодня здесь, в группе, мы будем говорить на ту же тему. Этим преследуется совершенно определенная цель, которая потом ещё часто будет вставать перед нашим духовным взором. А именно, следует показать, что иначе следует говорить о том же самом предмете, если находишься среди такой рабочей группы, как наша, чем на публичной лекции, которая предназначается и для тех, кто не принадлежит к Духоведческому Движению. Среди различных способностей, которые должны укрепиться в его душе, теософ должен ведь развить в себе чувство того, что к вещам надо подходить с самых различных сторон и точек зрения и, что тот, кто имеет уже известные предпосылки, будет иначе говорить и слушать о вещи, чем тот, кто их не имеет. Когда мы говорим в рабочей группе, мы заранее предполагаем, что душа до известной степени вжилась в представления духовного мира, находиться среди ощущений и чувств о духовном мире и, что из этих ощущений и чувств и мыслей слагается представлений о такой вещи, как человеческая совесть. Поэтому ответ на подобные вопросы рабочей группе может исходить из больших глубин, чем на публичной лекции для нетеософической публики. Ведь эти публичные лекции как раз имеют целью через проявление душевной жизни, привлекаемые сначала как внешние переживания, построить мало-помалу как бы доказательство того, что истины Духоведения - Действительные Истины. Это другая задача, чем говорить для самого духоисследователя, приносящего уже известные предпосылки, убеждения, может быть даже известные воззрения о духовном мире. Духоисследователь должен мало-помалу привыкать самым различным образом и из различнейших источников черпать те понятия и представления, которые объясняют ему то или иное; и Духоисследователь должен отвыкать от дурной привычки - но, которая по необходимости должна продолжаться во внешней жизни, - полагающей, что к вещам можно подходить лишь с одной стороны.

1

Человеческая совесть затрагивает самые глубины нашей души. И сколько бы ни выступало в течение веков философов и вообще людей, задумывающихся над загадками бытия, их всегда интересовал и вопрос о человеческой совести. Как раз относительно такого явления, как совесть, легко впасть в иллюзию - которую мы уже часто отмечали, - что всё, что теперь есть в человеческой душе, в ней уже от века существовало. Мы уже видели, что различные душевные свойства и проявления, развившиеся в человеке в течение тысячелетий, были совсем другие в седой древности. И много из того, что теперь для нас самое дорогое, самое верное в нашей душевной жизни, не существовало в наших душах, когда они за много тысячелетий воплощались на Земле. Прохождение через различные воплощения имеет ведь свой смысл, мы на этом часто останавливались. Смысл тот, что душа развиваясь от воплощения к воплощению, овладевает всё новыми способностями и силами; она действительно переживает «историю», её земное существование является временем учения; иной она была в начале наших воплощений, иной она стала теперь, иной она явится в далёком будущем. И человеческая совесть - это драгоценное достояние человеческой души: звучащая, как Божий глас, в вопросах добра и зла в душе каждого человека - и этот драгоценный дар не всегда существовал внутри человека. И совесть прошла через развитие. И сравнительно не так давно она появилась и начала все дальше развиваться. И хотя она - драгоценный дар, это ещё не значит, что и через все последующие воплощения она точно так же будет жить в душе человека, как теперь. Она будет развиваться дальше, будет принимать другие облики, приносить человеку нужные плоды. И в позднейшие времена, когда человек пожнет эти плоды, он оглянется на совесть и скажет: «Было время, когда я получил возможность, переходя от воплощения к воплощению, приобщить моей душе совесть, и теперь я пожинаю плоды этого». Как мы теперь оглядываемся на время, когда нашей души были ещё в других воплощения и не имели того, что ныне зовётся «совестью», так и в будущем наши души оглянутся на современные воплощения и скажут: «Слава прошлому, благодарение тем дарам, которые достались нам в прошлом как человеческая совесть! Если бы тогда совесть не развилась в наших душах, мы были бы лишены того, что нужно в настоящей жизни».

2

Уже из этого мы видим, что совесть принадлежит к духовному достоянию современности, и что для понимания этой современности, для понимания её душевной жизни, надо несколько понимать природу и сущность человеческой совести. Человеческая совесть возникла. На её возникновение указывалось уже не раз в различной связи. И в следующий четверг будет отмечено, что можно, так сказать, пальцем указать на тот момент, когда совесть была впервые открыта в человеческой душе. Возвращаясь на несколько веков назад в древнюю Грецию, мы встречаем едва за, полтысячелетия до Рождества Христова великого поэта Эсхила. Углубляясь в него, в этого мощного гения древнейшей греческой драмы, давая его образам действовать на себя, мы не находим у него для того, что мы называем «совестью», соответствующего выражения. За полтысячелетия до начала христианского летоисчисления величайший драматург ещё не имеет выражения для выражения того, что мы теперь называем человеческой совестью. Когда он хочет выразить душевное переживание, соответствующее теперешней «совести», он может это сделать только таким образом, что человек, совершивший, например, грех матереубийства, потрясённый этим событием, делается ясновидящим, видит в духовном образы, которые греки называли Эриниями, а римляне позднее Фуриями, это значит, что совершая грех, подобный матереубийству, человек у Эсхила не слышит того, что мы называем упрекающим голосом совести внутри себя; но его что-то толкает взирать духовно на образы, окружающие его как мстители за содеянное.

3

Это одно из специальных доказательств, которые вы можете найти в историческом развитии человечества, подтверждающих только что подробно изложенное. В древности был совсем другой диапазон души. Мы всегда подчеркивали, что душа лишь постепенно развилась до теперешней способности воспринимать чувствами физически-чувственный мир и пользоваться рассудком. Мы подчёркивали, что некогда душа обладала, как нормальным свойством, известным ясновидением. Это ясновидение проявлялось в эпоху Эсхила лишь в особых случаях. Душа становится ясновидящей, например, для того, чтобы видеть в физическом мире последствия своего греха. Душа Ореста после матереубийства становится ясновидящей. Она видит тогда, каких она духов пробудила своим поступком в духовном мире. Они теснятся к ней. Не внутри души находится совесть, но восстаёт ясновидящее сознание, чтобы видеть беспорядок, вызываемый неправдой в физическом мире. Это мы всюду встречаем в древности; совершивший грех ещё не слышит предостерегающего голоса совести; ибо душа в древности обладает состоянием ясновидения и видит то, что создаётся неправдой во внешнем мире.

4