Приведу в пример одного американца: он тщательно собирает факты в подтверждение того, что человек в аномальных состояниях приходит к тому, что поднимается в духовный мир, и в этом он стремится найти обоснование для самых разнообразных фактов. Этот американец - Вильям Джеймс*(*Уильям Джеймс (1842- 1910); упомянутое утверждение находится в его "Принципах психологии" (2 тома, 1890, немецкий перевод 1909 г.) - подходит к этой задаче основательнейшим образом. Однако даже самые лучшие среди людей ничего не могут поделать против мощного воздействия духа времени. Они не хотят быть материалистами и, все же, являются таковыми. Эта философия Вильяма Джеймса имела влияние и на некоторых европейских ученых; и поэтому в подтверждение вышесказанного мы должны указать на некоторые доходящие до странности выражения Вильяма Джеймса. У него имеется, например, утверждение: "Человек плачет не потому, что он печален, но он печален потому, что плачет!" Люди до сих пор всегда считали, что надо сперва быть печальным, то есть что сначала должен разыграться духовно-душевный процесс, который затем должен опуститься в физическое тело человека. Когда текут слезы, то этому предшествует душевный процесс, лежащий в основе выделения слезной жидкости.

7

Даже в наше время, когда, можно сказать, все духовное лежит погребенным под покровом материального и должно быть вновь найдено духовным мировоззрением, мы имеем в себе процессы, являющиеся наследиями древнейших времен, когда духовное было могущественнее, и такие процессы знаменательным образом могут показать нам то, как воздействует духовное. Я обычно обращаю при этом внимание на два состояния: на чувство стыда и на чувство страха и испуга. Прежде всего укажем на то, что легко перечислить здесь все попытки гипотетического объяснения этих обоих видов переживания. Но нас это здесь не касается; и если бы кто-либо хотел возразить нам, то пусть он не думает, что духовный исследователь не знаком с этими гипотезами.

8

О чувстве стыда мы можем сказать: при чувстве стыда человек как бы хочет сделать так, чтобы окружающие не увидели того, что в нем происходит; то, что происходит в человеке, испытывающем чувство стыда, является как бы желанием скрыть что-то. Что же вызывается физически в человеке через это душевное переживание? Оно окрашивает лицо человека румянцем стыда: кровь поднимается к лицу. Итак, что же происходит под впечатлением такого душевно-духовного события, каким является чувство стыда? Видоизменение кровообращения: кровь гонится изнутри к периферии. Циркуляция крови - и это является физическим фактом, - изменяется вследствие духовно-душевного факта!

9

Когда человек переживает испуг, то он стремится защитить себя от того, что он считает угрожающим ему: он бледнеет - кровь оттекает от внешней поверхности. Опять же перед нами внешний процесс, вызванный духовно-душевным переживанием страха или испуга. Вспомним, что кровь является выразителем "я". Что же человек захочет сделать, видя приближение чего-либо угрожающего? Он соберет свои силы и укрепит их в центре своего существа. "Я", стремящееся взять себя в руки, притягивает кровь к центру своего существа.

10

Вот перед вами физические процессы как действие душевно-духовных. Таким же физическим процессом, вызванным также душевно-духовным, является выделение слез. Дело обстоит не так, что стекаются какие-либо скрытые влияния физического рода, которые выжимают слезы, и что человек, чувствуя выделение слез, становится тогда печальным. Таким образом материалистическое мировоззрение ставит вверх ногами простейшие вещи. Если бы мы вникали в некоторые происшествия, могущие произойти с человеком, как, например, соматические расстройства, и в связь этих явлений с духовно-душевными процессами, то мы могли бы умножить число таких случаев до необъятных размеров. Однако для нас в данный момент важнее всего понять: физические процессы вызываются действием духовно-душевных процессов; и в тех случаях, когда физический процесс предстает перед нами так, что за ним как будто не стоит ничего духовно-душевного, нам всегда должно быть ясно, что мы еще не познали духовно-душевное.

11

Человек в настоящее время вовсе еще не склонен тотчас же узнавать духовно-душевное. Современный исследователь смотрит на развитие человека, начиная с самых первых стадий зародыша, сперва в утробе матери, затем вне материнского тела; он видит, как растет внешний, физический облик человека. И так как он рассматривает это средствами современного исследования, то он приходит к воззрению, что человек возникает только, начиная с развития физической формы, как он это наблюдает при зачатии; и он вовсе не склонен считаться с тем, что за физическими процессами стоят также и духовные процессы. Он не верит в то, что за физическим зародышем человека стоит нечто духовное, и что это духовное соединяется с физическим и вырабатывает то, что происходит из прежнего воплощения. Но вот можно было бы сказать, если бы мы хотели некоторым образом считаться только с теорией, а не с жизненной практикой: "Что же, пусть будет так, что какому-то высшему познанию доступно понимание того, что духовное стоит за физическим, но мы, люди, не можем познать духовное за физическим!" Так говорят некоторые. Другие говорят: "Но мы не хотим делать тех усилий, которые нам предписываются для того, чтобы мы могли прийти к этому познанию духовно-божественного. Что изменится в мире от того, познаем ли мы это или нет!" Но это вредоносная вера, да, это вредное суеверие, когда мы держимся того мнения, что от такого познания ничего не зависит в житейской практике. Мы хотим теперь сделать возможно более для себя наглядным, что как раз в жизненной практике очень многое зависит от этого познания.

12