Как было указано вчера, Евангелие от Марка сначала лучше всего подходило для того, чтобы сделать великие истины понятными созревшим для этого людям. Это было в первых столетиях. Люди должны были собственными силами вновь завоевать себе то, из чего они изошли. Попробуем уяснить себе, как человек спустился с божественно-духовных высот к глубочайшей точке, достигнутой в то время, когда событие Голгофы вызвало новое устремление ввысь. Оно действовало как мощный стимул к новому подъему человека. Человек спустился с Божественно-духовных высот, и он опускался все ниже и ниже; затем, через Импульс Христа, он получил силу, и после того, как человек пропитал себя вновь рожденным духовным светом, он должен был отвоевать себе постепенно все прежнее, и притом так, что во времена, непосредственно следовавшие за Христовым Событием, человек должен был вновь приобрести то, что он потерял в последних столетиях до Христа. В этом ему помогало Евангелие от Марка. То, что он потерял в еще более раннее время, он должен был вновь завоевать в более поздние века с помощью Евангелия от Луки, направлявшего его к более глубокой внутренней жизни.

64

Но мы сказали также, что за 600 лет до Явления Христа на Земле все то, что раньше было дано человечеству духовно и что оно мало-помалу утратило, все это было как учение дано великим существом Будды. Тогда, за шесть столетий до Христа, жило на Земле существо Будды и объединило в своем учении то, что существовало в мире как прамудрость, которую человечество утратило и возвестителем которой стал Будда. Поэтому рассказывается, что когда в мир приходит Будда, то его рождение предсказывается его матери Майе. Далее рассказывается, что выступает некто, возвещающий о ребенке: "Вот Дитя, которое станет Буддой, искупителем, вождем к бессмертию, к свободе и свету!" Затем, в некоторых легендах о Будде говорится, что двенадцатилетним мальчиком Будда потерялся и что его нашли под деревом, окруженным певцами и мудрецами прежнего времени, и он поучал их. В моей книге "Христианство как мистический факт" вы сможете увидеть, как спустя шесть столетий после Будды в Евангелии от Луки вновь появляются легенды, подобные легендам о Будде, - как в Евангелии от Луки в новой форме выступает то, что дано было Буддой. Поэтому в Евангелии от Луки мы находим то, что уже содержалось в легендах о Будде. Вот до какой степени все совпадает, если мы рассматриваем это в свете духовного исследования.

65

Таким образом, мы приходим действительно к заключению, что такие писания, как Евангелие от Иоанна и примыкающие к нему Евангелия, содержат бесконечные глубины. Мы рассмотрели эти глубины в ряде докладов. Если бы мы могли продолжить эти доклады и сделать их вдвое длиннее, то мы могли бы извлекать из Евангелий все новые и новые глубины, и если бы мы могли еще раз удвоить то удвоенное время, и удвоить еще раз дважды удвоенное время, то мы могли бы раскрыть новые глубины! И мы получили бы представление, что в будущем человечество сможет находить в этих писаниях все новые и новые глубины. Люди, поистине, ничему не научатся из интерпретации этих писаний. Нам не нужно ничего вносить в них, мы должны лишь быть готовы извлечь через оккультные истины то, что действительно заложено в Евангелиях. Тогда нам раскрываются в Евангелиях все универсальные взаимоотношения человечества, связь этих взаимоотношений человечества с Космосом, и мы учимся все глубже и глубже проникать взором в духовный мир.

66

Прослушав цикл таких докладов, мы вынуждены сказать: мы приобрели не только сумму познаний, мы не только восприняли сумму отдельных истин, это не так важно, но все же необходимо, так как без того нам не удалось бы приобрести другого. То, что мы должны приобрести как особый плод такого изучения, состоит в том, чтобы все, что мы восприняли нашим духом, - после того, как оно спустилось в наше сердце, - пробудило бы чувство по отношению к нашему предмету, стало бы ощущением, волевыми импульсами. Если то, что мы восприняли духовно, превратится в нас в сердечное тепло, тогда оно станет в нас силой, целительной силой для духовного, душевного и физического, и тогда мы скажем себе: когда мы духовно рассматривали все это, мы были погружены в духовную жизнь; мы усвоили себе многое из этой духовной жизни в течение четырнадцати дней изучения. Мы усвоили себе не пустые понятия и идеи, но такие истины, понятия и идеи, которые способны забить родником в нашей душе, пробуждая силы жизни в наших чувствах и ощущениях. И эти чувства и ощущения останутся в нас; они не смогут быть утрачены нами; с ними мы продолжаем жить в мире. Мы не только чему-то научились, но мы стали жизнеспособнее благодаря тому, чему мы научились. Если мы закончим этот цикл, восприняв в себя такие чувства, то духовная наука станет для нас содержанием жизни; тогда духовная наука станет для нас чем-то таким, что не отрывает нас от внешней жизни; но она сама превратится для нас как бы в отображение высочайшего, что было нам представлено в этих докладах. Мы познали, что хотя смерть и должна быть в мире, но что воззрение, которое мы имеем на смерть, не является правильным, что Христос научил нас верному пониманию смерти. Благодаря этому смерть стала семенем для высшей жизни.

67

Там, вовне, вне сферы этих докладов, кипит жизнь, течет внешнее бытие. Люди живут в нем. Духовное исследование нисколько не умалит эту жизнь, ничего не отнимет от нее. Но воззрение, которое обыкновенно имеют на жизнь, пока оно не проникнуто духом, - неправильно, и это неправильное создает иллюзию жизни. Этой иллюзии жизни мы должны дать в себе умереть. И тогда из семени, приобретенном нами через иллюзию, в нас возникнет высшая жизнь. Но это может совершаться лишь благодаря тому, что мы воспринимаем в себя живое духовное воззрение Из-за этого мы не становимся в жизни аскетами, но именно благодаря этому мы учимся познавать жизнь в ее действительном образе и выносим во вне правильное владение жизнью, правильные плоды. Благодаря этому мы вносим христианский импульс в жизнь в той мере, в какой мы по христиански переживаем саму духовную науку, и мы переживаем отображение того, как смерть становится отображением жизни. В той мере, в какой духовная наука становится нашим убеждением, мы не отчуждаемся от жизни, но учимся узнавать, что неверно в наших воззрениях на жизнь. И затем, укрепленные правильным воззрением, мы идем в жизнь как работники, в жизнь, от которой мы не отрываемся после того, как приобрели силу и крепость благодаря правильному воззрению, вводящему нас в духовный мир.

68

Если нам сколько-нибудь удалось дать эти доклады в такой форме, что они станут плодотворными для жизни, что они, хотя немного, хотя совсем немного, будут способствовать тому, чтобы вы научились чувствовать духо-познание как повышение жизни, как жизненное тепло в ваших чувствах, мыслях и воле, в вашей работе, тогда свет, почерпнутый вами из антропософского мировоззрения, сможет светить, как огонь жизненного тепла, как огонь жизни. И если огонь этот несколько окрепнет, чтобы поддерживать и дальше горение в жизни, тогда будет достигнуто то, к чему я стремился, решившись читать эти доклады.

69

И с этими словами позвольте мне теперь, с надеждой на новые встречи, вручить вашему сердцу эти только что высказанные чувства как предмет внутренней медитации.

70