Антропософское возвещение о Мистерии Христа не есть нечто новое по содержанию, в том числе и для нас. Но оно есть нечто новое по части формы. Ибо то, что будет здесь высказано в ближайшие дни, уже было высказано в более узких кругах в течение столетий также и в нашей культуре и в нашей духовной жизни. Только одно отличает теперешнее возвещение от всех предшествующих: это то, что оно может говорить к большему кругу людей. Те, меньшие круги, в которых это возвещение звучало уже в течение столетий в нашей европейской духовной жизни, признавали своим символом тот же самый знак, который встречает вас здесь в зале докладов, - крест с розами. И когда в наше время это возвещение выступает перед более широкой публикой, то крест с розами может иметь также и теперь значение символа для этого возвещения. Позвольте мне, прежде всего, опять-таки символически, охарактеризовать, на чем основывается это розенкройцерское возвещение об Иисусе Христе.

3

Розенкройцеры суть та община, которая с XIV века развивала в духовной жизни Европы поистине духовное христианство. Розенкройцерское общество, которое, оставляя в стороне все внешние исторические формы, стремилось вынести для своих последователей на свет глубочайшую истину христианства, это общество всегда называло своих последователей также "христианами Иоанна". Если мы поймем выражение "христиане Иоанна", то, если даже мы и не сможем объяснить рассудком, то все же сможем, хотя бы в предчувствии, постигнуть общий дух и настроение последующих докладов.

4

Вы знаете, что Евангелие от Иоанна, этот величественный памятник человеческого рода, начинается словами: " В начале было Слово, и Слово было у Бога, и Слово было Бог. Оно было в начале у Бога".

5

Итак, Слово, или Логос, было в начале у Бога. Дальше в нем сказано, что свет светил во тьму и что тьма сначала не объяла света, что свет был в мире, что он был среди людей, что эти люди опять-таки нашли среди себя только малое число таких, которые могли объять свет. Затем воплощенное Слово явилось как человек в том человеке, предтечей которого был Креститель Иоанн. И мы видим, как те, которые поняли нечто о значении этого явления Христа на Земле, старались уяснить себе, что, собственно, есть Христос, видели как автор Евангелия от Иоанна указывает непосредственно, что жившее в Иисусе из Назарета как его глубочайшее существо было не что иное, как то, из чего возникли все существа, которые нас окружают, - что это был живой Дух, живое Слово, сам Логос.

6

Но также и другие евангелисты каждый в своем роде - старались показать, что, собственно, явилось в Иисусе из Назарета. Мы видим, например, как автор Евангелия от Луки старается показать, что явилось нечто совершенно новое, когда при крещении Иисуса Христа Иоанном Крестителем Дух соединился с телом Иисуса из Назарета. Далее автор Евангелия от Луки показывает, что Иисус из Назарета является отпрыском предков, восходящих в далекое, далекое прошлое. Нам говорится здесь, что родословное древо Иисуса из Назарета достигает до Давида - до Авраама- до Адама - и даже до самого Бога. Заметим, в Евангелии от Луки явно указано: Иисус из Назарета был сыном Иосифа, Иосиф был сыном того-то, далее: тот был сыном Давида, и далее затем сказано: тот был сыном Адама, Адам же был Божий. Это значит, что автор Евангелия от Луки придает особенное значение тому, что от Иисуса из Назарета, с которым соединился Дух при крещении от Иоанна, идет прямая родословная линия к тому, кого он называет Отцом Адама, - к Богу. Такие вещи нужно брать совершенно буквально.

7

В Евангелии от Матфея делается снова попытка возвести Иисуса из Назарета в его родословном древе до Авраама, которому явил себя Бог.

8

Благодаря этому и благодаря также многому другому, благодаря многим словам, которые мы можем встретить в Евангелиях, индивидуальность, являющаяся носителем Христа, и Событие Христа предстают не только как одно из величайших, но как величайшее из всех явлений человеческого развития. Этим, безусловно, выражено то, что простыми словами можно сказать следующим образом: если Христос Иисус рассматривается теми, кто провидит Его величие как значительнейшее явление в земном развитии человечества, то этот Христос Иисус должен быть каким-либо образом связан с самым существенным и священным в самом человеке. Итак, в самом человеке должно быть нечто, что можно связать непосредственно с Событием Христа. Не можем ли мы поставить здесь вопроса: если Христос Иисус, согласно Евангелиям, есть действительно значительнейшее событие в развитии человечества, то не должно ли тогда повсюду, в каждой человеческой душе присутствовать нечто, имеющее отношение к Христу Иисусу? И наиболее важным и существенным для "христиан Иоанна" Розенкройцерского общества было именно то, что в каждой человеческой душе присутствует нечто, имеющее непосредственное отношение, непосредственную связь с тем, что совершилось в Палестине через Христа Иисуса. И если Христос Иисус может быть назван величайшим событием для человечества, то и в человеческой душе должно быть величайшим и значительнейшим то, что соответствует событию Христа. Что это может быть? На это ученики-розенкройцеры отвечали: для каждой человеческой души существует то, что можно обозначить словами "пробуждение", или "рождение вновь", или "инициация". Посмотрим, что разумеется под этими словами.

9