Теперь же обратим еще ненадолго наш духовный взор на другой факт эволюции. Возьмем тот момент, когда астральное тело и “Я” человека еще было погружено в лоне общей божественной астральности. Все дальнейшее развитие, если вы проследите его ход, совершалось так, что его можно изобразить схематически. Сначала ваша астральность была сложена в общую астральность и путем только что описанных процессов, как скорлупы, образовались физическое и эфирное тела, отделившие людей друг от друга, как отдельных сущностей. Рядом с этим шло обособление сознания человека. Так что, продвигаясь вперед, мы наблюдаем, как постепенно образуются отдельные человеческие индивидуальности, заключенные в скорлупу физического тела, выделяясь как отдельные части из общей астральности. За это становление самостоятельности человек должен заплатить затемнением своего астрального сознания, взамен чего через скорлупу своего физического тела он начинает видеть физический план, но древнее ясновидческое сознание все более и более утрачивается им. Итак, мы видим, как возникает то, что является внутренним человека, самостоятельным, индивидуальным внутренним человека, — то, что является носителем “Я”. Рассматривая ныне спящего человека, вы видите перед собой в его эфирном и физическом теле то, что образовалось из этих скорлуп в процессе уплотнения. То же, что выделилось еще раньше из общей астральности, возвращается каждую ночь назад, чтобы обновить свои силы в общей божественной субстанции. Но оно, естественно, соприкасается с нею не в той уже мере, как раньше, иначе человек был бы ясновидящим. Оно сохраняет свою самостоятельность. Эта самостоятельная индивидуальность возникла в ходе земного развития. Чему же обязана своим обособленным существованием эта часть человека, ищущая укрепления вне физического и эфирного тел? Она обязана этим эфирному и физическому телу человека, постепенно образовавшегося в ходе земного развития. Он породил то, что днем погружается в физический мир и созерцает его через внешние органы чувств, а ночью тонет в бессознательности. На языке оккультизма «земным человеком» называется именно то, что остается в постели. Это и есть «человек», а то, в чем день и ночь заключено “Я”, но то, что родилось из физического и эфирного тела, называлось «чадом человеческим» или «Сыном человеческим». «Сын человеческий» — это “Я” и астральное тело, рожденные из эфирного и физического тела в течение земного развития. Таким образом, «Сын человеческий» есть техническое выражение. Для чего пришел на Землю Христос Иисус? Что путем Его Импульса должно было быть сообщено Земле? Тот «Сын человеческий», который выделился из лона божества, освободился от зависимости, в которой был раньше, но зато приобрел физическое сознание, должен был силою пришедшего на Землю Христа вернуться к духовному сознанию. В нем должно снова вспыхнуть сознание божественного бытия, благодаря возрастанию его духовной сущности. Ранее лишь отдельные избранные посвящением древних мистерий могли созерцать божественно-духовный мир. Для них в древние времена существовало другое техническое выражение. Тех, кто мог видеть в божественно-духовном мире и свидетельствовать о нем, называли «Змиями». «Змии» были посвященными древних мистерий; они были предшественниками дела Иисуса Христа. Моисей явил свое посланничество, подняв перед народом «Змия» — символ возвышения тех, кто обладал духовным зрением. Но сила Христа дала возможность каждому сыну человеческому достичь того, что раньше давалось лишь единицам. Это выражает Христос в своей дальнейшей беседе с Никодимом словами: «И как Моисей вознес змия в пустыне, так должно вознесено быть Сыну Человеческому». Христос берет здесь специальные выражение той эпохи. В древние времена могло быть только провозвестие учения Христа о «Я есмь». Только опираясь на внешний авторитет посвященных, народы могли что-либо узнать о «Я есмь», долженствующей развиться в каждом сыне человеческом. Но и об этом сообщается нам в достаточной мере. Мы видели, что означает «Я есмь» в Евангелии от Иоанна. Постепенно ли приносилось оно человечеству? Были ли о нем провозвестия? Действительно ли в Ветхом Завете пророчески указано на то, что впоследствии было дано как импульс человеку в явлении воплощенного «Я есмь»? Припомним, что все, что является в ходе времени, подготовляется постепенно. То, что дано, принесено Христом, должно было подобно ребенку в материнском лоне, медленно созревать в древних мистериях, в исповедовавших Ветхий Завет. То же, что подготовлялось в последователях Ветхого Завета в древнем иудейском народе, подготовлялось и созревало в древнем Египте, великие посвященные которого знали обо всем долженствующем произойти на Земле. Мы знаем, что египтяне были третьей подрасой после атлантической расы, в которой постепенно развивается импульс «Я есмь». Египет был как бы материнским лоном, внешней оболочкой для «Я есмь». Но он не достиг еще высоты, необходимой для того, чтобы родить из себя принцип Христа, и для этого из него был выделен еврейский народ. Рассказывается, как Моисей был избран из среды египтян как провозвестник Бога, являющего собой воплощение «Я есмь». Но он должен был возвестить это сначала тем, кто мог это понять. Он должен был возвестить, что слова «Я и Авраам — одно» заменяются словами: «Я и Отец — едино», т.е. “Я” и духовная первооснова мира есть непосредственно одно. Большинство последователей Ветхого Завета обращались к групповой душе народа, и отдельный человек чувствовал себя как бы погруженным в божественное в этой групповой душе. Но Моисей, как посвященный в древнем смысле предвозвестник о пришествии Христа, т.е., иными словами, что существует Божественный принцип, превышающий принцип крови, связующий поколения, Бог действует в крови со времен Авраама, но это есть лишь внешнее откровение духовного Отца, Отца крови. Моисей сказал Богу: «Кто я, чтобы мне идти к фараону и вывести из Египта сынов Израилевых?» И сказал Бог: «Я буду с тобою и вот тебе знамение, что я послал тебя; когда ты выведешь народ мой из Египта, вы совершите сожжение Богу на этой горе». И сказал Моисей Богу: «Вот я приду к сынам Израилевым и скажу им: Бог отцов ваших послал меня к вам, а они скажут мне: «как Ему имя?» Что сказать мне им? (Исх 3.10). Моисей должен пророчески возвестить о высшем Боге, о высшем принципе, обитающем в Боге Отца Авраама, как его высшее начало. Как его имя? Господь сказал Моисею: «Я есмь — я есмь» («Я есмь Сущий»). Здесь провозглашена глубочайшая истина слова, воплощенная впоследствии в Иисусе Христе. «И сказал Господь: так скажи сынам Израилевым: «Я есмь открыл мне это». Так дословно гласит текст. Другими словами это означает: «Имя», лежащее в основе кровного имени. Это «Я есмь», явленное нам воплощенным во Христе Евангелия от Иоанна. И сказал еще Бог Моисею: «Так скажи сынам Израилевым: Бог отцов ваших, Бог Авраама, Бог Исаака, Бог Иакова послал меня к вам». Все, что вы доныне видели лишь внешним образом, что текло в крови, есть в своем глубочайшем смысле «Я есмь». Так провозвещает о себе то, что входит в мир с Иисусом Христом. Мы слышим имя Логоса, слышим Его взывающим Моисею: «Я есмь, который я есмь». Здесь Логос возвещает свое Имя, здесь возвещает Он, что может быть сперва означено разумом, интеллектом и что впоследствии явится как воплощенный Логос во Христе Иисусе. Теперь взглянем на внешнее знамение, которым Логос сходит на израильтян, поскольку они могут его охватить рассудком. Это внешнее знамение есть «манна» пустыни, то же самое слово (и это знают знающие тайноведение), что и «Манас», «Само-дух». Так получает человечество, постепенно достигшее самосознания, первые зачатки «Самодуха». Но то, что живет и приходит в самом Манасе, можно обозначить и иначе. Это не только то, о чем можно знать, но это сила, которую саму можно воспринять. Когда Логос только называет свое имя, тогда его можно понять, охватить рассудком. Когда же Логос становится плотью и является в человечестве, то Он импульс силы, низведенной к людям, который живет не только как учение или понятие, но содержится в мире как импульс силы, к которому человек может стать причастным. Тогда Он называет себя не «Манной», а «хлебом жизни», что является техническим выражением для Будхи или Духа-Жизни.

6

В Духе претворенная вода, данная как символ Самаритянке, и хлеб жизни — суть первое возвещение излияния Будхи или Духа Жизни в человеке. К рассмотрению этого мы перейдем в следующий раз.

7