Мы сказали, что человек на Земле призван к сознательной любви. Поэтому во время своего ясного дневного сознания ему необходимо иметь вождя, учителя, которого он мог бы воспринимать физически. Он должен был начать, наконец, во внешнем мире физически видеть сущность любви.

12

Как могло это свершиться? Лишь в силу того факта, что сама сущность божественной любви, сам Логос, стал земным существом, воплотился на Земле, стал доступным восприятию внешних чувств человека. Так как человек в своем развитии дошел до восприятия внешними органами чувств, то и Бог, Логос, должен был сделаться чувственным существом, явиться в физическом теле. Это произошло во Христе Иисусе и историческое явление Иисуса Христа означает не что иное, как то, что в Иисусе Назорее в начале нашей эры воплотились силы шести Элохимов или Логоса, и в Нем стали реальностью в видимом мире. Внутренняя сила Солнца, сила любви Логоса приняла физический облик человека в теле Иисуса из Назарета. Как всякий другой внешний предмет, как всякое иное существо, должен был в плотском облике явиться Бог чувственному сознанию человека. Следовательно, что же за Существо предстает нам в начале нашей эры в телесном облике Христа Иисуса? Это не что иное, как воплощение Логоса, шести остальных Элохимов, предтечей коих явился один из них — Бог Яхве. И этот единственный образ Иисуса Назорея, в котором воплотился Христос или Логос, приносит с собой то, что до тех пор лишь в солнечном свете струилось на Землю, что содержится лишь в солнечном свете он приносит это в жизнь людей, в историю человечества. «Слово стало плотью». Вот почему Евангелие от Иоанна придает наибольшее значение именно этому факту; писавший Евангелие от Иоанна должен был придавать ему величайшую важность. В то время как вначале немногие из посвященных учеников Христа приняли тайну воплощения, вскоре пришли другие, не могшие понять это в полной мере, которые, хотя и признавали, что в основе всего материального, всего вещественного лежит душевно-духовная сущность, но не могли понять, что некогда в одном человеке физически-чувственным образом для физического видимого мира воплотился сам Логос. Этого они не могли понять. Поэтому нужно различать то, что в первые века христианство появилось как «гнозис», от истинного эзотерического христианства. И автор Евангелия от Иоанна мощным словом указывает на это. «Нет, вы не должны видеть во Христе сверхчувственное, остающееся невидимым существо, лежащее в основе всего вещественного, но признать главным именно тот факт, что Слово стало плотью и обитало с нами». Таково тонкое различие между эзотерическим христианством и первоначальным гнозисом. Гнозис, хотя и знает Христа, но лишь как существо духовное, и в Иисусе Назорее он видит самое большое лишь человеческого провозвестника этого духовного существа, более или менее с ним связанного. Гнозис держится за остающегося невидимым Христа. Эзотерическое же христианство, в противоположность ему, держится Евангелия от Иоанна, которое опирается на слова: «И Логос стал плотью и обитал среди нас», и тот, кто обитал в этом видимом мире, был действительным воплощением шести Элохимов, Логоса!

13

Следовательно, миссия земного развития осуществилась воистину лишь в палестинском событии. Все до этого было лишь предуготовлением. Чем же должен был, по преимуществу, явить себя Христос, обитавший в теле Иисуса Назорея?

14

Он должен был преимущественно явить себя как великого носителя и оживителя самосознающего свободного человеческого существа. Желая в коротких словах передать это живое учение Христа, мы должны сказать: Земля существует для того, чтобы дать человеку полное самосознание его «Я есмь».

15

Все до того было только подготовлением к этому самосознанию, к «Я есмь», и Христос дает импульс к тому, чтобы все люди, — каждый, как единое существо, — могли воспринять «Я есмь». Здесь впервые дан могучий импульс, подвинувший далеко вперед человека на Земле. Мы можем проследить это при сравнении христианства с ветхозаветным учением. В Ветхом Завете человек еще не вполне ощущает в своей собственной личности «Я есмь». В нем еще жило нечто, оставшееся от древней эпохи смутного сознания, когда человек еще не чувствовал себя самим собой, но частью божественной сущности, как еще и теперь животное чувствует себя частью групповой души. Люди изошли из групповой души и развились до индивидуального бытия, до ощущения в каждом отдельном человеке «Я есмь», — и Христос есть та сила, которая привела людей к этому свободному сознанию «Я есмь». Рассмотрим это в его полном внутреннем значении. Последователь Ветхого Завета еще не ощущал себя замкнутым в своей обособленной личности, подобно последователю Нового Завета. Последователь Ветхого Завета еще не говорил в себе «Я есмь». Он ощущал себя единым со всем древним еврейским народом, ощущал групповое “Я” народа. Попробуем перенестись живо в сознание такого ветхозаветного человека. Подобно тому, как истинный христианин чувствует в себе «Я есмь» и будет учиться чувствовать его все больше и больше, так последователь Ветхого Завета чувствовал себя членом целого народа и обращал взор к групповой душе. И желая выразить эту свою принадлежность к групповой душе, он говорил: «Мое сознание достигает до отца всего народа, до Авраама: я и отец Авраам — одно. Одно общее “Я” обнимает нас всех, и только если я покоюсь в духовной сущности моего народа, чувствую я себя в духовном лоне мира». Он чувствовал отца Авраама, как корень, из которого, подобно ветвям, исходит каждый отдельный авраамит. Но вот пришел Христос Иисус и сказал своим ближайшим, наиболее истинным посвященным: «Доныне люди умозаключали по плоти, по своему кровному родству, она была для них сознанием, что они покоятся в высшей невидимой связи. Вы должны верить в связь гораздо более духовную, — в связь, которая древнее кровного родства. Вы должны верить в духовную основу Отца, таящую в себе корни всякого “Я”, эта основа духовнее групповой души еврейского народа; то, что покоится во Мне и в каждом человеке, — это не только одно с Авраамом, но и одно с божественной первопричиной мира». Поэтому Христос подтверждает, согласно Евангелию от Иоанна: «Прежде, нежели отец Авраам был, было «Я есмь». Не только до отцовского принципа, простирающегося до Авраама, достигает мое «пра-Я», моя духовность, но до силы, пронизывающей собой весь космос: «Я и Отец едино». Когда мы научимся чувствовать это великое слово, то мы почувствуем тот толчок вперед, который был дан человеческому развитию явлением Христа Иисуса. Он был великим оживителем «Я есмь».

16

Теперь послушаем, что говорили наиболее интимные посвященные Христа Иисуса, желая выразить то, что им открывалось. Они говорили: «Доныне не существовало человека во плоти, которому можно было бы дать наименование «Я есмь». Поэтому ученики Христа называли «Я есмь» Именем Христа Иисуса; и в этом имени «Я есмь», в имени, которое они понимали, ближайшие Его ученики чувствовали себя объединенными. Так должны вы углубиться в важнейшие главы Евангелия от Иоанна, и если вы возьмете главу, где написано: «Я свет миру», вы должны брать это буквально, совершенно буквально. Что такое это «Я есмь», впервые пришедшее во плоти? Это то самое, что как сила Логоса струится на Землю в солнечном свете. Во всей 8-ой главе, начиная с 12-го стиха, вы имеете пояснение к глубочайшим истинам значения «Я есмь». Читайте эту главу таким образом, чтобы везде подчеркивать “Я” или «Я есмь», помня, что это было тем Именем, в котором посвященные чувствовали свою связь, тогда вы поймете это. И тогда эта глава явится вам приблизительно в следующем виде.

17

Тогда говорил Христос своим ученикам и сказал: «То, что может сказать самому себе «Я есмь», — есть сила мирового света, и кто последует за мной, тот при ясном светлом дневном сознании увидит то, чего не видят ходящие во тьме».

18

Тогда принадлежавшие к старой вере, верившие, что свет любви может передаваться человеку лишь ночным способом, те, которых называли фарисеями, ответили ему, и сказали: «Ты свидетельствуешь своим «Я есмь»; мы же свидетельствуем Отцом Авраамом. В нем чувствуем мы ту силу, которая позволяет нам выступать как самосознательным существам; мы ощущаем свою крепость, погружаясь в общую основу “Я”, восходящую до Отца Авраама».

19

Иисус сказал: «Если говорить о “Я” в том смысле, как Я говорю, то свидетельство мое истинно: ибо Я знаю, что это “Я” изошло от Отца, от общей первоосновы мира, и знаю, куда идет Оно, — снова восходит».

20

А теперь важна фраза гл. 8, стих 15, которую вы должны переводить буквально следующим образом:

21

«Вы все судите по плоти; Я же не сужу то ничтожное, что имеет в себе плоть. А если и сужу “Я”, суд мой истинен. Ибо здесь “Я” не стоит одно само по себе, но это “Я” соединено с Отцом, от которого оно исходит».

22

Таков смысл этого места. Повсюду вы видите указание на общего Отца. Позднее мы еще точнее воспроизведем перед душою понятие Отца. Вы видите, что слова: «Прежде, нежели Отец Авраам был, было «Я есмь», — содержит в себе живую сущность христианского учения.

23

Сегодня мы углубились в слова Евангелия от Иоанна больше, чем мы могли бы это сделать при внешней интерпретации. Мы вывели эти слова из теософической мудрости, поскольку эти слова Евангелия от Иоанна отмечают именно самую сущность христианства. И мы увидим, как, поняв прежде всего именно основные и первичные слова Евангелия, для нас впоследствии прольется свет и ясность и на все Евангелие от Иоанна.

24

Все это примите как учение, излагавшееся в христианской эзотерической школе, записанное автором Евангелия от Иоанна для передачи потомству, для жаждущих проникнуть в истинный смысл.

25

О том, как это можно сделать еще глубже, мы увидим в следующей главе.

26