Духовные и душевные события, изображенные в "Пробуждении Душ", разыгрываются год спустя после событий, описанных в "Страже Порога".

В "Пробуждении Душ" участвуют следующие  лица  и  существа:

I. НОСИТЕЛИ ДУХОВНОГО ЭЛЕМЕНТА

Бенедикт,  в котором группа учеников видит знатока глубоких духовных тайн. 
В предыдущих мистериях: "Врата Посвящения" и "Испытание Души" — он изображен  как глава Солнечного Храма. В "Страже Порога" он является  выразителем духовного течения, которое хочет заменить  новой живой духовностью древние духовные традиции,  охраняемые "Союзом Мистов". В "Пробуждении Душ" Бенедикт уже не просто стоит над своими учениками, но и  вплетен собственной своей судьбой в душевные переживания этих учеников.
Гиларий Готтгетрей, знаток традиционной духовной  жизни, соединенной у него с его собственными духовными  переживаниями. Эта же самая индивидуальность изображена в мистерии "Испытание Души" как Гроссмейстер  "Союза Мистов".
Управляющий конторой Гилария Готтгетрея.
Секретарь Гилария Готтгетрея. Эта же самая индивидуальность появляется в "Страже Порога" как Фридрих Гейст.

II.     НОСИТЕЛИ ЭЛЕМЕНТОВ ЖЕРТВЕННОСТИ

Магнус Белликозус, названный во "Вратах Посвящения" Германом, а в "Страже Порога" Надзирателем  "Союза Мистов".
Альберт Торкватус, названный во "Вратах Посвящения"  Феодосием. В "Испытании Души" та же индивидуальность  изображена в лице Церемониймейстера встречающегося там  "Союза Мистов".
Профессор Капезий. В "Испытании Души" его индивидуальность действует в первом Надзирателе.
Феликс Бальде. Во "Вратах Посвящения" он — носитель природной мистики; здесь же, в "Пробуждении  Душ", он — носитель мистики субъективной. Индивидуальность Феликса Бальде действует в "Испытании Души"  как Иосиф Кюне.

III.    НОСИТЕЛИ ЭЛЕМЕНТОВ ВОЛИ

Роман.  Вводится и тут под тем же именем, как во "Вратах Посвящения", так как это имя соответствует его внутренней сущности, которую он нашел за годы, отделяющие "Врата Посвящения" от "Пробуждения Душ". В "Страже  Порога" он назван своим мирским именем, ибо в событиях, изображенных там, его  внутренняя жизнь не имеет  почти никакого значения. Его индивидуальность в "Испытании   Души" появляется как второй Церемониймейстер  средневекового "Союза Мистов".
Доктор Штрадер. Его индивидуальность изображена в  "Испытании Души" как еврей Симон.
Сиделка доктора Штрадера. Эта же самая индивидуальность в "Страже Порога" названа Марией Трейфельс. Во  "Вратах Посвящения" она названа "Другой Марией", так  как имагинативное познание Иоанна Томазия олицетворяет в ее образе имагинацию определенных природных сил.  Ее индивидуальность появляется в "Испытании Души" в  лице Берты, дочери Кюне.
Фелиция Бальде. Ее индивидуальность в "Испытании Души" действует как жена Кюне.

IV.   НОСИТЕЛИ ДУШЕВНОГО ЭЛЕМЕНТА

Мария. Ее индивидуальность изображена в "Испытании  Души" как Монах.
Иоанн Томазий. Его индивидуальность появляется в  "Испытании Души" как Фома.
Жена  Гилария Готтгетрея.

V.    СУЩЕСТВА ИЗ ДУХОВНОГО МИРА

Люцифер.
Ариман.
Гномы.
Сильфы.

VI.  СУЩЕСТВА ЧЕЛОВЕЧЕСКОГО ДУХОВНОГО ЭЛЕМЕНТА

Филия, Астрид, Луна  - духовные существа, которые связывают человеческие душевные силы с космосом.
Другая Филия, носительница элемента любви в том   мире, к которому принадлежит духовная личность.
Душа  Теодоры. Ее индивидуальность изображена в  "Испытании Души" в лице Цецилии, падчерицы Кюне и  сестры Фомы, в котором действует индивидуальность Иоанна Томазия.
Страж Порога.
Двойник Иоанна Томазия.
Дух Юности Иоанна Томазия.
Душа Фердинанда Рейнеке у Аримана (12-я картина). Встречается как Фердинанд Рейнеке только в "Страже Порога".

VII.   Личности Бенедикта и Марии вводятся и во внутренние  переживания; во второй картине они появляются как переживания Иоанна Томазия, в третьей же картине — как переживания Штрадера. В девятой картине как  внутреннее  переживание  Иоанна Томазия выводится Мария.

VIII.   Индивидуальности Бенедикта, Гилария Готтгетрея, Магнуса Белликозуса, Альберта Торкватуса, Штрадера, Капезия, Феликса Бальде, Фелиции Бальде, Романа, Марии, Иоанна Томазия и Теодоры появляются в духовной области (пятой и шестой картине "Пробуждения Душ") как души и в Храме (седьмой и восьмой картине "Пробуждения Душ") как личности отдаленного прошлого.

1

О "Пробуждении Душ", как и о предыдущих мистериях, нужно сделать несколько пояснительных замечаний.  И духовные, и душевные события, изображаемые тут, не  являются ни символами, ни аллегориями. Кто принимает  их так, тот далек от реальной сущности духовного мира.  Внутренние  переживания (второй, третьей и десятой картины) являются тоже не символами, а реальными  переживаниями души, которые для того, кто участвует в  жизни духовного мира, столь же действительны, как  существа и события мира чувственного. Для имеющего опыт  духовного бытия "Пробуждение Душ" вполне реалистично.  Если бы дело шло только о символах или  аллегориях, я бы,  несомненно, воздержался от написания этих мистерий.

2

Ввиду многочисленных вопросов, дошедших до меня, я и на этот раз предпринял было попытку восполнить эти  сценические картины некоторыми пояснениями. Но и теперь, как и прежде, я от этой попытки отказываюсь. Мне  представляется неуместным давать какие бы то ни было пояснения к картине, которая должна сама за себя  говорить. В  концепции и разработке картины подобные абстракции не  играют никакой роли. Они только вредны. Духовная действительность, если воссоздать ее, встает  перед душой с такой  же необходимостью, как вещи физически воспринимаемого  мира. Естественно при этом, что здоровое духовное зрение  отнесет духовные образы к  изображаемым ими событиям  и существам иначе, чем отнесло бы оно восприятия физического мира к тем событиям и сушествам, которые им соответствуют. С другой  стороны, то, как восстают духовные  события перед воспринимающей душой, предопределяет и  композицию этих душевных картин.

3

В заключение следует и на этот раз отметить, что  музыкальные иллюстрации к "Пробуждению Душ", к постановкам 22-го и 23-го августа сего года написаны Адольфом Аренсоном.

Мюнхен. Август 1913 г.

4