Есть ещё третье направление, оно идёт сверху вниз. Нам должно быть ясно, что вещи здесь также обстоят не так, как выглядят они во внешней фантасмагории, в майе. Здесь дело обстоит так, что снизу вверх действует Ариман, а сверху вниз Люцифер. Его воздействие сверху вниз задерживается, так сказать, плоскостью. Эту плоскость вы определите, рассмотрев скелет и нижнюю часть черепа. Там, где череп сопрягается с шейным позвонком, проходит эта плоскость. Эта невидимая горизонтально расположенная плоскость находится там, где череп сочленяется с шейным позвонком, она является барьером. Человек, будучи поставлен здесь, может сдерживать идущие сверху вниз люциферические воздействия. Люцифер может лишь посылать сверху свои заряды: это заряды воли. Слева направо идут мыслительные заряды, спереди назад – заряды чувства, сверху вниз – заряды воли.

25

Но и здесь также есть промежуточное пространство, арена. Если вы рассмотрите низ диафрагмы, то здесь примерно вдоль диафрагмы проходит та плоскость, которая, в свою очередь, установлена, чтобы противодействовать стремящемуся снизу вверх Ариману. Таким образом, своей волей, своими мыслями, своим собственным существом Ариман способен проникать снизу вверх только до диафрагмы. То, что расположено выше, является нашей собственной ареной действий.

26

Вот видите, как сложно устроен человек. Возьмите какую-нибудь часть человека, к примеру, левую сторону лица. Как мыслительное существо Люцифер может полностью пронизывать эту левую сторону, но как чувственное существо он может пронизать человека лишь до известной плоскости. Как волевое существо он опять-таки может пронизать человека сверху вниз. Так в любой части человека вы можете благодаря этим данным отыскать, как Люцифер и Ариман с помощью космических импульсов мышления, чувства и воли действуют внутри пространственного человека.

27

Однако должно быть ясно, что в качестве мыслящего человека мы являемся плоскостным существом. В качестве чувствующего человека мы обладаем ареной действий, заключённой между направлениями вперёд-назад; как волящее существо мы также имеем некоторую арену действий между верхом и низом, находящуюся между этой проходящей через верхний позвонок плоскостью и плоскостью диафрагмы. И только исключив всё то, что совсем не принадлежит человеку, вы получите истинный образ человека. Вы можете сконструировать его.

28

Вы видите, что человек в действительности собран извне, извне получает он свой оттиск, и нам не понять его, просто рассматривая его внешние формы, как они выступают перед нами. Мы сможем понять его только тогда, когда узнаем, как он связан со всем духовно-космическим, как здесь справа и слева, спереди и сзади, сверху и снизу подступают к нему люциферическо-ариманические силы, как они вычеканивают его существо и делают его пространственным существом.

29

Вам следует таким же образом рассматривать и то, что в некотором роде воспроизводит истинные космические воздействия в мире – вам надо рассмотреть и наше здание. Если бы мы рассматривали его как некую фантасмагорию, мы бы считали, что самым существенным в этом здании является то, как его деревянные части располагаются в пространстве. Но не это самое главное: самое главное состоит в том, что незримо. Если какая-либо форма в нашем здании расположена так (см. рис), и здесь дерево, то существенное находится не там, где дерево, но там, где ничего нет, где проходит граница с воздухом.

30

Наше здание в его истинном смысле вы получили бы, взяв огромный кусок воска и запечатлев в нём в виде обратного слепка внутренность здания. Затем можно было бы рассматривать этот слепок. Итак, то, где вы находитесь, войдя внутрь здания, то, чего вы не видите, но должны ощущать – вот то, о чём, в сущности, идёт речь. Раньше я уже говорил: в принципе, наше здание вроде формы для выпечки кулича. Конечно, это выражение, форма для выпечки кулича, здесь не очень понятно. Но подумайте: вот здесь находится этот горшок, форма, а внутри выпекается кулич. Что тут, собственно, важно, в этой форме для выпечки куличей? Дело не в самой форме, не в этом горшке, главное – сам кулич, то, что выпекается, чтобы он имел правильную форму, правильным образом располагался внутри. Горшок нужен только для того, чтобы поместить туда тесто и испечь, чтобы получился нормальный кулич.

31

В нашем здании важно не то, что находится вокруг, а то, что внутри. А внутри будут чувства и мысли тех, кто находится внутри здания. Они будут возникать потому, что человек смотрит на поверхностные границы здания, он ощущает формы, он наполняется мыслеформами. То, что внутри – это сам кулич, а то, что мы строим – это оболочка, форма. Но она должна быть такой, чтобы внутри можно было правильно мыслить, чувствовать, ощущать. В этом состоит принцип нового искусства по отношению к искусству старому. В случае старого искусства всё дело в том, что находится снаружи, в пространстве. В новом искусстве дело уже не в том, что расположено вовне, в пространстве. Снаружи находится этот горшок, но дело не в нём, а в том, что внутри. Это имеет значение не только в случае пластических форм, но и живописи. Не в том дело, что нарисовано, а в том, что ощущается, переживается при этом. Живопись – это тоже всего лишь "горшок для выпечки кулича".

32

Это основной пункт поступательного процесса эволюции, к которой имеем отношение и мы: мы действительно, извините за выражение, из горшка входим в кулич. Остаться в горшке – это, так сказать, материализм; перейти в кулич – это мы бы назвали спиритуализмом, это то, ради чего мы работаем. Если этого не принять во внимание, то нельзя было бы правильным образом судить обо всём, относящемся к искусству, а речь у нас идёт об этом. Если художественно оценивать наше здание по образцам древности, можно было бы сказать: "Да помилуйте ради Бога, но горшок, который ты изготовил, вовсе не так уж красив!" – При этом не знают, что дело не в "горшке", а в его содержимом, в "куличе". Тем самым мы с помощью духоведения приближаемся к цельному смыслу и значению поступательной эволюции. Человек должен благодаря успешному развитию духовной науки наработать для себя выход из "горшка", он должен врабатываться в "кулич".

33

И он должен расстаться с верой в то, что, например, процессы, протекающие в мозгу, являются первопричиной мышления, между тем как в собственных процессах мозга задействованы космические процессы и разыгрывается борьба между Люцифером и Ариманом. Он должен увидеть, что свойственные человеку душевные процессы, мышление и ощущение, являются всего лишь следами, которые напечатлеваются в этом противоборстве и которые не имеют ничего общего с так называемыми материальными процессами, другими словами, процессами люциферически-ариманическими.

34