Когда душа со сверхчувственным сознанием вступает в сверхчувственный мир, она познаёт себя в нём так, что в чувственном мире о способе этого познания она не может составить никакого представления. Она обнаруживает, что с помощью своей способности к превращению она познаёт существ, имеющих с ней большую или меньшую степень сродства; но она замечает также, что в сверхчувственном мире она встречает существ, которые ей не только родственны, но с которыми ей ещё необходимо себя сопоставить³² для того, чтобы познать себя. И далее она делает наблюдение, что эти существа сделались в сверхчувственных мирах тем же самым, чем стала и она в чувственном мире благодаря своим переживаниям и опытам. Перед душой человека выступают в элементарном мире существа, развившие в пределах этого мира такие силы и способности, которые сам человек может развить лишь благодаря тому, что кроме эфирного тела и других сверхчувственных членов своего существа он имеет ещё и физическое тело. Указанные здесь существа не имеют подобного физически-чувственного тела. Они развились таким образом, что ту душевную сущность, которую человек имеет благодаря физическому телу, они имеют благодаря своему эфирному телу. Хотя они — существа до известной степени сходные ³³ с человеком, однако они отличаются от него тем, что не подчинены условиям чувственного мира. Они не имеют таких органов чувств, какие есть у человека. Их знание подобно человеческому знанию; но они приобрели его не благодаря чувственным восприятиям, а путём своего рода подъема представлений и других душевных переживаний из глубин собственного существа. Их внутренняя жизнь как бы заложена в них; и они извлекают её из своих душевных глубин, подобно тому как человек извлекает из своих душевных глубин представления своих воспоминаний.

³² vergleichen

³³ gleichartige

1

Так познаёт человек существ, которые в сверхчувственном мире стали тем, чем он может стать в мире чувственном. В этом отношении эти существа стоят в мировом порядке на одну ступень выше человека, хотя они и могут быть названы в указанном смысле сходными с ним. Они образуют царство существ, стоящее над человеком, следующую за ним в последовательности существ иерархию. Их эфирное тело — несмотря на схожесть — отлично от эфирного тела человека. Между тем как человек через симпатии и антипатии своего эфирного тела включён³⁴ в сверхчувственное тело Земли, эти существа своей душевной жизнью не привязаны к Земле.

³⁴ einverwoben

2

Наблюдая то, что переживают эти существа при помощи своего эфирного тела, человек находит их переживания подобными тем, какие имеет и он сам в своей душе. У них есть мышление; у них есть чувства и воля. Но они развивают посредством эфирного тела то, что человек может развить только через физическое тело. Посредством своего эфирного тела они приходят к сознанию своего собственного существа. Человек ничего не мог бы знать ни о каком сверхчувственном существе, если бы не возносил в сверхчувственные миры свои силы, которые он приобретает в физически-чувственном теле. — Сверхчувственное сознание познаёт этих существ благодаря тому, что оно становится в человеке способностью наблюдения при помощи эфирного тела. Это сверхчувственное сознание поднимает душу человека в тот мир, где обитают и действуют эти существа. Только когда душа переживает самоё себя в этом мире, в её сознании выступают образы (представления), сообщающие ей познание об этих существах. Ибо эти существа не воздействуют непосредственно на физический мир, а вместе с тем и на физически-чувственное тело человека. Для всех переживаний, которые могут быть получены благодаря этому телу, их не существует. Они — духовные (сверхчувственные) существа, которые в некотором роде не вступают в чувственный мир. — Если человек не соблюдает границу между чувственным и сверхчувственным мирами, то может случиться так, что он внесёт в своё физически-чувственное сознание сверхчувственные образы, не являющиеся истинным выражением для этих существ. Эти образы возникают благодаря переживанию ариманических и люциферических существ, которые хотя и одного рода с только что описанными сверхчувственными существами, однако, в противоположность им, перенесли место своего обитания и своей деятельности в мир, воспринимаемый человеком как мир чувственный.

3

Когда человек благодаря переживанию «Стража порога» научился правильно соблюдать границу между сверхчувственным миром и чувственным бытием, то, наблюдая сверхчувственным сознанием из сверхчувственного мира люциферических и ариманических существ, он познаёт этих существ в их истинности. Он учится отличать их от других духовных существ, оставшихся в пределах той арены деятельности, которая отвечает их природе. С этой точки зрения должна духовная наука описывать люциферических и ариманических существ. Тогда относительно люциферических существ оказывается, что подобающей им ареной их деятельности является не физически-чувственный мир, а в некотором отношении мир элементарный. Когда в человеческую душу проникает то, что поднимается в этом мире — как бы из его потоков — как образы, и эти образы действуют оживляюще в эфирном теле человека, не принимая в душе иллюзорного бытия, тогда в этих образах может присутствовать люциферическое существо, не нарушая своими действиями мирового порядка. Тогда это люциферическое существо действует освобождающе на душу человека; оно возвышает её над погружённостью в чувственный мир. Но если душа человека вовлекает в физически-чувственный мир ту жизнь, которую она должна развивать в одном только элементарном мире, если она дозволяет чувствованию в физическом теле находиться под влиянием симпатий и антипатий, которым надлежало бы господствовать только в эфирном теле, то благодаря такой душе люциферическое существо приобретает влияние, восстающее против всеобщего мирового порядка. Это влияние присутствует везде, где в симпатиях и антипатиях чувственного мира действует что-либо иное, кроме любви, основанной на сочувствовании жизни другого существа, пребывающего в этом чувственном мире. Такое существо может быть любимо, предстоя перед любящим с теми или иными своими качествами; тогда к любви не может примешаться никакого люциферического элемента. Любовь, имеющая своё основание в проявляющихся в чувственном бытии качествах самого́ любимого существа, остаётся в стороне от люциферического воздействия. Между тем как любовь, имеющая своё основание не в любимом существе, а в том, кто любит, подвержена люциферическому влиянию. Если человек любит какое-нибудь существо потому, что оно обладает качествами, к которым он как любящий склонен по своей природе, то он любит его той частью души, которая доступна люциферическому элементу. — Поэтому никогда не следовало бы говорить, что люциферический элемент есть нечто при всех обстоятельствах злое. Ибо это в духе люциферического элемента: душа человека должна любить события и существ сверхчувственных миров. Против мирового порядка грешат только тогда, когда направляют на чувственное тот род любви, который должен был бы влечь к сверхчувственному. Любовь к сверхчувственному вполне правильно вызывает в любящем повышенное самоощущение; любовь же, которую ищут в чувственном мире ради этого повышенного самоощущения, отвечает люциферическому искушению. Любовь к духовному, когда её ищут ради самости³⁵, действует освобождающе; любовь же к чувственному, когда к ней стремятся ради самости, не действует освобождающе, но достигаемым ею удовлетворением она создаёт оковы для самости.

³⁵um des Selbstes

4

Влияние ариманических существ сказывается на мыслящей душе, подобно тому как влияние люциферических — на чувствующей. Ариманические существа приковывают мышление к чувственному миру. Они отвлекают его от того факта, что все мысли только тогда имеют значение, когда они проявляются как часть великого мирового мыслительного порядка, который не может быть найден в чувственном бытии. В мире, в который погружена душевная жизнь человека, должен присутствовать ариманический элемент как необходимый противовес люциферическому. Без люциферического элемента душа прогрезила бы всю жизнь в лицезрении чувственного бытия и не ощущала бы побуждения подняться над ним. Без противодействия ариманического элемента душа подпала бы люциферическому; она бы очень низко ставила значение чувственного мира, несмотря на то, что в нём находится часть необходимых условий её существования. Она бы ничего не хотела знать о чувственном мире. Ариманический элемент играет правильную роль в душе человека, когда он ведёт к такому вживанию в чувственный мир, которое соответствует этому миру, — когда последний принимают за то, что он есть, и могут обойтись без него во всём, что в нём, по природе его, должно быть преходящим. — Совершенно невозможно говорить о желании избежать люциферического и ариманического элементов путём искоренения их в себе. Если бы человек искоренил в себе люциферический элемент, ему больше невозможно было бы стремиться душой к сверхчувственному; а если бы он искоренил ариманический элемент, он не мог бы больше правильно относиться к чувственному миру и оценивать всё его значение. Человек ставит себя в верное отношение к одному из этих элементов, создавая ему правильный противовес в другом. Все вредные воздействия этих мировых существ проистекают единственно из того, что они проявляются там или здесь без ограничений и не приводятся к надлежащей гармонии с помощью противоположной силы.

5